Это необъяснимое событие произошло зимой 1946 года. Татьяна и Виктор жили в деревне, до основания разрушенной фашистами. Семья была большой и жила в землянке. Пришло время строить дом, а для этого надо было оформить необходимые документы.

Супруги на колхозной захудалой лошаденке отправились в районный центр. Выехали очень рано, чтобы управиться за один день. Дорога шла через густой лес, колея сама вела лошадку в нужном направлении и ездоки дремали.

Все документы были готовы только к вечеру, Виктор предложил заночевать у знакомых в райцентре, но Татьяна категорически возражала, потому что дома ждали дети.

 Они выбрались из городка, когда уже начало смеркаться. Лошадку подгонять не пришлось, она и сама трусила довольно резво. По пути перекусили хлебом с салом. Мороз крепчал, и они зарылись поглубже в сено.

Как только въехали в лес, Виктор соскочил с саней и срубил две большие палки, обстругал их  и заострил концы. Татьяна понимала, для чего он это сделал, и молча приняла орудие.

Лес стоял, как зачарованный, лишь потрескивали от мороза стволы деревьев. Лапы елей свисали под тяжестью снега к самой дороге.

Вдруг лошадь всхрапнула и замедлила свой бег, Виктор насторожился, а Татьяна молча указала на светящиеся в темноте горящие огоньки глаз, которые двигались параллельно саням и с той же скоростью. Волки.

Вот вожак стаи выскочил прямо перед санями, лошадь шарахнулась в сторону, и воз застрял в снегу. Виктор выпрыгнул из саней, Татьяна с другой стороны и им удалось быстро вытащить его и поставить на колею. До деревни оставалось проехать около двух километров, но лошадь встала, и никакие понукания не заставили её сделать хотя бы один шаг.

Волки подошли так близко, что было слышно, как они щелкают зубами. Виктор зашептал Татьяне на ухо:

— Как только вожак бросится на лошадь, я ударю его палкой, а ты следи, чтобы стая тебя не разорвала. 

Она в ответ шепнула:

— Хорошо.

Многие волки уже были на дороге, другие окружили воз. На мгновенье всё как будто застыло. Стояла такая звенящая тишина, что заложило уши.

Он прыгнул. Виктор, пытаясь ударить его палкой, неловко упал и в тот же миг на его спине оказался другой волк. Зверь ухватился за ворот кожуха и свирепо трепал его, а вожак тем временем пытался оседлать лошадку и вскочить ей на холку. Татьяна, выбиваясь из сил, отмахивалась от стаи.

Силы её были на исходе, она понимала, что эту схватку выигрывают волки. Они всем скопом навалились, и уже не видно было, где Виктор.

Как это произошло, Таня не могла вспомнить. Она вдруг встала в санях во весь рост и волки отпрянули. Женщина сложила ладони рупором и издала дикий протяжный визг. Ей показалось, что это не её голос, а как будто кричало каждое дерево в лесу. Она потеряла сознание.

Очнулась от того, что Виктор брызнул ей водой в лицо, поднес к губам флягу и дал отхлебнуть. Она спросила:

— Где волки?

— Разбежались.

Супруги так и не поняли, почему волки их оставили. Виктор потом вспоминал, что его замученная фашистами мать, вдруг явилась на место расправы и очень громко, как-то по особенному свистнула, и волки бросились в разные стороны.

Лошадка тоже осталась жива, хоть и была изрядно покусана вожаком. Виктор поправил сено, проверил упряжь и только тут заметил, что кожух его разорван в клочья, да и Татьянин не намного лучше. Он подумал:

— Слава Богу, что сами живы остались.           

До деревни они добрались на рассвете. Дети мирно спали на матрасах в землянке. Жизнь продолжалась.

Вам также может понравиться: